RusArt




Сергей Симкин
в галерее 244 работы



 << вернуться


Участие в выставках

1989 Выставки организованные Товариществом Свободных Художников:
1989 Дом журналистов (ЛТСХ), Санкт-Петербург
1989 Белоруссия (Гомель и др. города) (ЛТСХ)
1989 "ЛТСХ", Невский 20.
1990 выставка группы "Триэдр", Санкт-Петербург, Б.Конюшенная 13.
1991 Сотрудничество с галереями "Гармония", "Ариадна", "ЛТСХ", "Палитра".
1992 Дом Кино, Санкт-Петербург.
1992 "Весенний салон" ("Ленэкспо", Гавань, Санкт-Петербург).
1992-1995 Выставки петербургских художников г.Сортавала (Дом офицеров).
1992 Совместная выставка - С. Симкин и И. Погунов, г. Петрозаводск, "Текобанк"
1993 Мраморный дворец, Санкт-Петербург, выставки, организованные "Ассоциацией делового сотрудничества".
1993 Арт-клуб, канал Грибоедова, 3, Санкт-Петербург.
1993 г.Манхайм, Германия, выставка петербургских художников.
1993 Санкт-Петербург, вторая выставка группы "Триэдр".
1993 Выставки в библиотеке им.Лермонтова.
1994 г.Генуя, Италия, Выставка петербургских художников
1994 Выставка группы "Триэдр", Арт-клуб.
1995 Биенале "Диалоги", ЦВЗ "Манеж", Санкт-Петербург.
1996 "Петербург 96", ЦВЗ "Манеж", Санкт-Петербург.
1999 "Петербург 99", ЦВЗ "Манеж", Санкт-Петербург.
2000 "Прохожий в ожидании весны", (галерея "Национальный центр").
2000 "Времена года", Санкт-Петербург, "Союз искусств".
2000 "Осенняя выставка" Союза художников.
2001 "Петеррбург 2000", ЦВЗ "Манеж", Санкт-Петербург.
2001 "Дни Шекспира. Гамлет", Санкт-Петербург, "Союз Искусств".
2001 "Дни Латинской Америки", ("Союз Искусств").
2001 "Дни Шекспира", Дом журналистов, Санкт-Петербург.
2001 "Посвящение скрипке", выставочный зал "Голубая гостиная", ("Союз Искусств").
2001 Биеналле "Диалоги", ЦВЗ "Манеж", Санкт-Петербург.
2001 "Семь цветов танца", (Галерея "Национальный центр").
2002 "Петербург 2001", ЦВЗ "Манеж", Санкт-Петербург.
2003 "Петербург 2002", ЦВЗ "Манеж", Санкт-Петербург.
2003 "ARTерия", ЛЕНЭКСПО, Санкт-Петербург.
2005 "Петербург 2005", ЦВЗ Манеж, Санкт-Петербург.
2005 "ARTерия", музей городской скульптуры, Санкт-Петербург.


Персональные выставки.

1990 Первая персональная выставка (Б.Конюшенная, д.13).
1992 Библиотека им.Лермонтова, (Литейный, 19).
1993 г.Китее, Финляндия
1993 Библиотека им.Лермонтова, (Литейный, 19).
1994 Библиотека им.Лермонтова, (Литейный, 19).
1996 "Пространство", Сестрорецк, выставочный зал "Федор".
1998 "Символический экспрессионизм: Пейзаж", Сестрорецк, выставочный зал "Федор".
2001 "Форма звука", Сестрорецк, библиотека.
2004 Торговый комплекс "Меркурий", ул. Савушкина (организатор "ARTерия")
2005 "Пространство и инструменты", Пушкинская 10


Символический экспрессионизм. Пейзаж.

Манера письма живописца - это психология проживания через творение.

Экспрессионизм, взрывность в работе - вот что я ценю в художнике. Максимальное напряжение, полная самоотдача и создает то, что я определяю произведением живописи. Когда мир пляшет под кистью художника, когда есть кураж и на холст изливается поток энергии, тогда я могу сказать, что это художник, а не поделочных дел мастер. Мне не нравятся живописцы, работающие на зрителя, мне близки те, кто работает на состояние "проживания".

Здесь я говорю об экспрессионизме, так как существуют иные стилистические формы живописи, которые мне не интересны.

Отношение к картине, это как - к отражению пейзажа в воде - дуновение ветра разрушает целостность.

Процесс создания работы - луна в ладонях с водой.

Символизм:
Небо - покой, противостояние, динамическая эмоциональная линия, прорывающая пространство.
Что на земле - то и в небесах.

Земля - плодородие - цветение, исполнено цветом - чувством, характером - фактурой.

Деревья, кустарники - взрывы энергии, выраженной в проявлении, то есть жизни.

Ствол дерева - ломаный вектор жизни с фактурой - характером, где духовные влияния, как световые отражающие воздействия.

Вектор развития, по Гюрджиеву, имеет обязательные "сломы". Ветка, как и вектор жизни, имеет сломы - моменты, а так же периоды цветения или молчания, накопления и прорыва энергии.

В пейзаже сломанное дерево, надломленные камыши, поникшие травы - как человеческая жизнь.

Впрочем, когда я пишу, то обо всем об этом не задумываюсь. Живопись - как итог чего-то и бросок в неизвестность, она быстрее чем мысль. Размышления приходят после.

Пейзаж - одна из форм, в которой я выражаю свое отношение к миру, как и натюрморт - форма и характер символического экспрессионизма.

Они - пейзаж, натюрморт - несут в себе опредмечивание основной темы, которую я провожу в абстрактном экспрессионизме, как наиболее емкой форме выражения мирочувствования.

По сути, это игра в пространстве, где предметность холста исчезает начисто.

С. Симкин
17 июля 1996 года.


Текст к выставке картин Симкина Сергея «Спонтанная живопись», «Ритмические экспрессии» и «Движение цвета. Экспрессионизм».
Берег моря. Пустынный пляж. У воды стоит ребенок, в ладонях его разноцветные граненые камни разной величины. Ребенок смотрит на эти камни, затем берет один и разглядывает его на свет, на солнечный свет, рассеявшийся в гранях камня, в глубине его на переливы цвета, меняющего оттенки и плотность при каждом легком развороте камня к Солнцу.
     Ребенок обнаружил эти камни, и он о них ничего не знает.
     Камни эти драгоценные, огранка их различна и мастерская.
     Камни – это «Традиция» и Культуры.
     Ребенок – человек.

     С рождения человек знакомится с окружающим его Миром и со словами.
     Постепенно возможность познания Мира наполняется терминами, заключенными во взаимосвязь сплетенных звуков, которыми мышление человека определяет свое присутствие, посредством которых человек является и находит себя в миру в качестве реального действия. Человек мыслит себя как часть человеческого мира, и мир пребывает через человека, действуя непрестанно в нем посредством языка.
     Слoво – от «слaвливать».
     Человек всегда, или почти всегда, дает имена феноменам Мира. Пребывая в контексте той или иной из цивилизаций, человек судит мир и Мир судом тех мерок, которые он принял как свои. Через чувство причастности к той или иной цивилизации человек ощущает себя как культурную ценность, порой готов жертвовать своими личными желаниями, влечениями, а то и жизнью за то, что он определяет как родное, как свое. Человек разделяет мир на чужое и свое. Это – чужое и свое – только в рамках определенной культовой формы в цивилизации, и неравнозначно для разных людей, говорящих на одном и том же языке, точнее, пользующихся одним языком.
     Парадигмы, определяющие формат и задающие направление, для искренне верящих в их жизненную необходимость, если они существуют для человека как серьезная игра, дают возможность человеку занять свою жизнь в такой игре.
     Идеологии, идеологии чего угодно, в своей неравной степени, имеющей отношение к Культуре – это не более, чем разделение людей на своих и чужих: на человеков и на недочеловеков, так как идеология мыслит в человеке человека как его самого, так и саму себя как то, что собственно только и есть и может претендовать на смысл: «Человек», но, – человек идеологии. Идеология требует только одного – веры и послушания.
     Идеология приспосабливает язык для своей «правды». Идеология нуждается и опирается только на мучеников, на тех, кто положил свою человеческую, идеологическую, и потому только – человеческую жизнь на дело осуществления «правды» идеологии.
     Идеология пользуется человеком, предлагая ему контекст общения, дружбу в чем-то, дружбу за что-то, и что самое существенное – дружбу против кого-то. Посредством языка идеологи какой-либо идеологии дают названия феноменам мира и Мира, они как бы открывают мир (и Мир). Внешне это похоже на то, чем занимались, например, европейцы: «открывая» «новые» земли и давая этим землям свои названия, и уничтожая во имя своих целей то, что не вписывалось в контекст идеологической формы, выраженной в эстетические феномены для тех, для кого эстетические феномены были знаками родины. Но подобным варварством занимались не только носители церковно-христианской цивилизации. Это присуще любой цивилизации, содержащей контекст построенных культовых взаимосвязей – эстетических в контексте идеологии.
     Однако есть иное.
     Человеческий труд мыслителей, художников в самых разных областях так или иначе направлен на Дело свободы человека. Человек пытается осознать себя и окружающий мир. Человек познает себя посредством, в том числе, и языка, в том числе, и проживанием себя как цивилизации той или иной культурно-цивилизационной формы, по знакам которой определяет ближнего. Спроецированность человека на культово-эстетические феномены, знаки, удерживают человека в той или иной степени в психологии смыслов и связей между смыслами той или иной цивилизации.
(Перейду к спонтанному экспрессионизму цикла «Ритмические экспрессии», картины которого представлены здесь.)
     Однако для художника язык, навыки владения языком, органичной для подхода техникой живописи, является способом славливания некоего присутствия, в котором находится он, и которое художник может (или не может) удерживать за счет действия, то есть творчества. Затем он смотрит на выраженное, дает (или не дает) выраженному и форме выраженного, и содержанию выраженного ту или иную оценку, называет произведение тем или иным словом-образом. Но это один из возможных для художника подходов к себе и к возможностям в творчестве.
Суть такого подхода в спонтанности и не следовании той или иной умозрительной форме.
К этому, я считаю, необходимо добавить следующее: язык, любой язык – это форма. Я предполагаю, что язык конструирует человека как человека мыслящего, строящего, как человека творящего. Я предполагаю, что язык надчеловечен. Я предполагаю, что язык человека имеет в себе, но только как фундаментальный закон, то, что человек называет этика, а также и принципиальное для человека основания, в которых он обретает соприсутствие с высшим в нем, персонально ему доступным, а также и в низшем; язык создает-дает имена психическим формам, слoвaми которых судит себя как человека, как возможность человека, как человеческую проявленность в мире и Мире. Язык – это способ и русло в Неведомом и для познающего.
     Однако я предполагаю, что помимо языка существует рядом с человеком то, что выливается в язык. Это «Традиционализм», выраженный в многотысячелетних ритуалах, которые есть тоже язык, а также многообразие Мира, которое человек и не «видит» и не способен словить в форму языка, тем более общеупотребляемую.
    

     Я предполагаю, что русло языка имеет некую неизвестную «направленность», может быть, форму неизвестного состава, имеющую протяженность и свою реальность, недоступную для человека.
     Возвращаясь к моим произведениям, к подходу в творчестве, который я определяю как «спонтанный экспрессионизм», должен сказать, что суть его для меня – в непосредственном действии и в технике, форма которой рождается проживанием. Следствием действия в проявленном мире, среди бессчетного множества феноменов этого мира, проявленных каждым мгновением Мира, являются и мои произведения.
С.Симкин
28.11.2010